Наконец, встретишь ту, с которою будешь счастлив.
И не раз в году, а чаще, гораздо чаще.
И поймёшь, наконец, что жизнь — не мука, а радость.
И любовь твоя — не жертва, она — награда.
И скрываться не надо, и думать: «За что мне это?»
Наконец, будет мало тьмы, будет много света.
Да и тьма твоя обретёт и тепло, и внешность
той, что ждёт, любя, и целует так нежно-нежно...
Вот тогда и начнёшь с улыбкой смотреть на звёзды.
И вдыхать с благодарностью, пахнущий садом, воздух.
Потому что пока ты дышишь тоской и смогом.
А живёшь — даже хуже, кажется, чем убого.
Наконец, это всё смертельно тебе наскучит.
И захочешь намного проще, гораздо лучше!
И покой станет пахнуть домом старого сруба...
И река будет так журчать, как любимой губы...
Наконец, обретёшь ты взгляд мудреца и старца.
И возьмёшь в ладонь кусочек чистого кварца.
И глаза вознесёшь ты к небу, и скажешь: «Боже,
наконец, ты устроил так, что лучше не сможешь...»
2020
И не раз в году, а чаще, гораздо чаще.
И поймёшь, наконец, что жизнь — не мука, а радость.
И любовь твоя — не жертва, она — награда.
И скрываться не надо, и думать: «За что мне это?»
Наконец, будет мало тьмы, будет много света.
Да и тьма твоя обретёт и тепло, и внешность
той, что ждёт, любя, и целует так нежно-нежно...
Вот тогда и начнёшь с улыбкой смотреть на звёзды.
И вдыхать с благодарностью, пахнущий садом, воздух.
Потому что пока ты дышишь тоской и смогом.
А живёшь — даже хуже, кажется, чем убого.
Наконец, это всё смертельно тебе наскучит.
И захочешь намного проще, гораздо лучше!
И покой станет пахнуть домом старого сруба...
И река будет так журчать, как любимой губы...
Наконец, обретёшь ты взгляд мудреца и старца.
И возьмёшь в ладонь кусочек чистого кварца.
И глаза вознесёшь ты к небу, и скажешь: «Боже,
наконец, ты устроил так, что лучше не сможешь...»
2020
