Эта странная штука поэзия...
Для чего она? Чтобы ты грезила.
Чтобы в строчках, божественно сложенных,
обнаружила — нет невозможного.
Что, как тонко её восприятие,
так нежны они будут, объятия.
И что чувства так будут изысканны,
как Франчески на фресках с Францисками.
Не бессмысленность бьётся со смыслами,
мокрым носом с ушами отвислыми,
словно морда тоски спаниэлевой
с толщиною доски рафаэлевой...
А доступность любви с недоступностью.
Как песчинки с дождинками крупными.
Как снежинки с окошками тёплыми
и холодными лбами за стёклами...
А без этой любви нам не выстоять
в конкурентности красок неистовых,
в ароматах таких соблазнительных,
что испорченность очень сомнительна.
Мы ведь чувствуем! Мы не порочные!
Мы красивые, верные, прочные...
Мы надёжные, смелые, добрые...
Мы губами прекрасное пробуем...
Ощутимость малинки и вишенки...
Я шепну тебе что-то... Услышишь ли?
Ничего, ничего невозможного...
Из того, что пока что не прожито.
Мы ведь близкие, значит, мы искренни?
А плесни-ка холодного виски мне...
И себе... И поделимся, с пользою,
наслажденьями терпкими, скользкими...
Мы хорошие... Тоже чуть странные...
Но любимые, вечно желанные!
И у нас ничего — даже весело...
Только редкая штука — поэзия...
Для чего она? Чтобы ты грезила.
Чтобы в строчках, божественно сложенных,
обнаружила — нет невозможного.
Что, как тонко её восприятие,
так нежны они будут, объятия.
И что чувства так будут изысканны,
как Франчески на фресках с Францисками.
Не бессмысленность бьётся со смыслами,
мокрым носом с ушами отвислыми,
словно морда тоски спаниэлевой
с толщиною доски рафаэлевой...
А доступность любви с недоступностью.
Как песчинки с дождинками крупными.
Как снежинки с окошками тёплыми
и холодными лбами за стёклами...
А без этой любви нам не выстоять
в конкурентности красок неистовых,
в ароматах таких соблазнительных,
что испорченность очень сомнительна.
Мы ведь чувствуем! Мы не порочные!
Мы красивые, верные, прочные...
Мы надёжные, смелые, добрые...
Мы губами прекрасное пробуем...
Ощутимость малинки и вишенки...
Я шепну тебе что-то... Услышишь ли?
Ничего, ничего невозможного...
Из того, что пока что не прожито.
Мы ведь близкие, значит, мы искренни?
А плесни-ка холодного виски мне...
И себе... И поделимся, с пользою,
наслажденьями терпкими, скользкими...
Мы хорошие... Тоже чуть странные...
Но любимые, вечно желанные!
И у нас ничего — даже весело...
Только редкая штука — поэзия...
2020
