В день, когда я вдруг понял,
что счастью больше не быть,
мне не хотелось плакать,
мне не хотелось выть.
И даже музыку слушать —
какой-нибудь грустный Бах...
Мне твой поцелуй хотелось
почувствовать на губах.
Ах, мало ли нам хотелось...
А сколько имели мы?
Песчинку с огромных пляжей.
Снежинку от бурь зимы.
И целую вечность стужи.
И полное море слёз.
И только наш мозг загружен
бесчисленным сонмом грёз.
И что же тогда реальность?
Где жизнь? Где её намёк?
Где бедность и вечный голод?
И где насладишься впрок?
Ты там, ты всегда со мною,
с улыбкой, в сиянии глаз.
А здесь, в бытие земное,
ещё бы обнять хоть раз...
2015
что счастью больше не быть,
мне не хотелось плакать,
мне не хотелось выть.
И даже музыку слушать —
какой-нибудь грустный Бах...
Мне твой поцелуй хотелось
почувствовать на губах.
Ах, мало ли нам хотелось...
А сколько имели мы?
Песчинку с огромных пляжей.
Снежинку от бурь зимы.
И целую вечность стужи.
И полное море слёз.
И только наш мозг загружен
бесчисленным сонмом грёз.
И что же тогда реальность?
Где жизнь? Где её намёк?
Где бедность и вечный голод?
И где насладишься впрок?
Ты там, ты всегда со мною,
с улыбкой, в сиянии глаз.
А здесь, в бытие земное,
ещё бы обнять хоть раз...
2015
