В доме горит камин,
тихо трещат дрова.
Губы твои — кармин.
А поцелуй — халва.
Кожа твоя — атлас.
Ты говоришь — беда! —
так, как тебе сейчас,
не было никогда.
«Как бы мы жить могли!
Вместе все ночи, дни.
Не по углам земли...
И не таясь в тени...»
Не зажигая бра
(а для чего? светло),
вдруг удивишь: «Пора...
Не было — есть — прошло...
Кроме волшебных нег,
встречи рождают грусть.
Так же, как первый снег,
я уже не вернусь...»
2010
тихо трещат дрова.
Губы твои — кармин.
А поцелуй — халва.
Кожа твоя — атлас.
Ты говоришь — беда! —
так, как тебе сейчас,
не было никогда.
«Как бы мы жить могли!
Вместе все ночи, дни.
Не по углам земли...
И не таясь в тени...»
Не зажигая бра
(а для чего? светло),
вдруг удивишь: «Пора...
Не было — есть — прошло...
Кроме волшебных нег,
встречи рождают грусть.
Так же, как первый снег,
я уже не вернусь...»
2010
