Голос у операторши
сладким был, как халва
или скорей, как флейта
тихая в чистом поле.
Голос был нежным, шёлковым,
как трава-мурава,
тот, что боится грома
и вдали колоколен.
Голос мне электричество
так продавал и газ,
всё у нас, дескать, выгодней,
чем у других на рынке.
Я же пытался вычислить
форму, цвет этих глаз...
Принадлежат они рыженькой?
Чёрненькой? Или блондинке?
Голос меня укачивал,
как на руках малыша:
«Спи, мой родной, хорошенький,
мама всегда с тобою...
Будет наш дом с электричеством...
Кашка будет, лапша...
...на молочке горяченьком...
...с газовою трубою...
...Я распахну халатик свой,
на, принимай сосок
в ротик красивый, ласковый,
любящий очень скидки...»
Как обо мне заботился
сладкий тот голосок...
Как был далёк до чёртиков —
это, вот, было пыткой.
Помню такую женщину
в жизни моей былой,
с голосом-колокольчиком,
с внешностью — верх эстетики.
Что она продавала мне?
Ступу свою с метлой.
Туры в пустыню алчности.
И в никуда билетики.
2021
